Домой Новости Тамара Москвина: в каждой группе должна создаваться доброжелательная и конструктивная конкуренция

Тамара Москвина: в каждой группе должна создаваться доброжелательная и конструктивная конкуренция

197
0

Заслуженный тренер СССР и России Тамара Николаевна Москвина рассказала о важности созданния конструктивной конкуренции между фигуристами в группе, разнице в обучении спортсменов и специалистов, а также поделилась мнением, в чем заключается главный интерес тренерской работы.

«Я за свою жизнь прочитала очень много самой различной литературы. Русских авторов, иностранных, в том числе и на английском языке. Был даже период, когда мне показалось, что интерес к чтению во мне стал угасать, но с некоторых пор он активизировался снова, так как появилось много интересной профессиональной литературы, в том числе в смежных со спортом науках.

В тренерской работе случается нечто похожее: закончила кататься одна пара, ты вроде бы прочитал её судьбу, перевернул страницу — и вдруг видишь двух людей, которые по всем параметрам: весо-ростовым, возрастным, эмоциональным, техническим — способны в дуэте друг с другом решать очень высокие задачи. Добиваться побед, удивлять мир, завлекать на стадионы зрителей.

Для меня в этом заключается главный интерес тренерской работы. Особенно когда есть все условия для того, чтобы полностью реализовать все качества спортсменов. Подумайте сами: почему я должна отказываться от того, что мне нравится? Наш вид спорта — это ведь не только элементы и программы, но и психология, и музыка, и хореография, а это значит — общение с очень интересными творческими людьми, причём не только у нас в стране.

Плюс менеджмент, дипломатия. Приходится очень много думать, а значит, развивать и себя тоже, чтобы сохранить способность сделать интересный результат, когда этого вроде бы никто не ждёт. Хотя, разумеется, я слышу, как надо мной подшучивают окружающие: «Тамара, тебе бы уже успокоиться, на даче цветочки выращивать, а ты опять здесь».

В каждой группе так или иначе должна создаваться доброжелательная и конструктивная конкуренция — в этом случае обоюдный прогресс идёт гораздо быстрее. Чем конкуренция острее, тем лучше для тренера. Просто спортсменов высокого класса не может быть чересчур много. Две пары — вполне достаточное количество, чтобы вывести и ту и другую на уровень Олимпийских игр.

Спортсменам вообще свойственно ревностно относиться к тому, сколько внимания уделяет им тренер. Такая ситуация постоянно складывалась в моих тандемах. Это случается, как мне кажется, в любом коллективе, где возникает конкурентная среда. Это абсолютно нормально. Как и то, что готовность людей к старту может оказаться разной, даже когда работаешь с ними одинаково: кто-то болел, кто-то дольше обычного восстанавливался, кто-то экзамены сдавал.

Могли ли у Бойкова и Козловский после победы на Чемпионате Европы рассчитывать на некую эксклюзивность отношения с моей стороны? С этими спортсменами работает эксклюзивно весь наш тренерский коллектив. Что касается  Мишиной и Галлямова, спортсмены пришли в наш клуб и попросились ко мне в группу. В том числе для того, чтобы иметь возможность кататься на одном льду с лучшей на текущий момент парой Европы.

Настя и Александр сами жаждали этой конкуренции. Хотя в своей прежней группе у прекрасных специалистов Людмилы и Николая Великовых они были первой парой. Честно говоря, я хотела бы создать у себя на льду более высокую конкуренцию ещё раньше, когда приглашала к себе в школу Олега Васильева, который мало того, что сам был олимпийским чемпионом, подготовил победителей Игр в Турине Татьяну Тотьмянину — Максима Маринина. К сожалению, Алиса Ефимова — Александр Коровин, с которыми он работал, не сумели добиться желаемых мной результатов, которые позволили бы им конкурировать с Бойковой и Козловским.

Основные конкуренты, о борьбе с которыми ребятам нужно думать, — это китайцы и канадцы. Наша внутренняя конкуренция — всего лишь инструмент для борьбы с парами этих стран. Не стоит забывать и о том, что наша школа называется «Клуб Тамары Москвиной», а не «Клуб имени действующих спортсменов», сколь бы титулованными эти спортсмены ни были. Решения в ней принимает руководство и старший тренер, то есть я. Именно тренер должен комплектовать группу так, чтобы работа шла максимально эффективно. Да и фигуристы, которые к нам приходят, делают это не за тем, чтобы выбирать себе компаньонов по тренировкам, а для того, чтобы тренироваться у высококлассных специалистов — независимо от того, с кем ещё работают эти специалисты.

Во всём, что касается работы, мы партнёры. Я с самого начала приучаю спортсменов к тому, что между парами, которые вместе работают, должны быть нормальные рабочие отношения, независимо от того, насколько жёсткое соперничество ведётся между ними. Да, все они амбициозны, все хотят быть лучшими, побеждать — и я, как тренер, это только приветствую.

Разница в обучении спортсменов и тренеров, конечно, есть: тренера учишь профессии на всю его последующую жизнь. При этом каждый новый специалист приходит с каким-то уже наработанным багажом. Всё, что ему предлагаешь, он в большей степени пропускает через себя, сравнивает с тем, что уже умеет. Работа с фигуристами всегда имеет гораздо более короткий временной период: твоя задача — довести людей до пьедестала больших соревнований. Соответственно, от спортсменов в первую очередь требуется полное доверие тренеру.

Иногда человеку требуется время для понимания того, что тренер прав, и так или иначе он всё равно начинает подчиняться. Случалось и так, что мои спортсмены убеждали меня в собственной правоте. Пути к успеху всегда и у всех разные.

Случаются ли у меня разногласия с Артуром Минчуком? Конечно. Артур — молодой, амбициозный парень, так что это нормально. Он вырос как фигурист у другого тренера, с ним же начинал карьеру как специалист. Неудивительно, что и взгляды у него в чём-то иные. Но ведь и мне тоже интересна его точка зрения — хотя бы в силу того, что у нас колоссальная разница в возрасте, а мир постоянно уходит вперёд. Молодые тренеры работают не так, как работали мы 50 лет назад, у них иные подходы к профессии, поэтому я довольно часто спрашиваю мнение Артура на тот или иной счёт: что он думает, как считает правильным поступить в конкретной ситуации.

В связи с тем, что никакой официальной информации по поводу дальнейшей части сезона у меня нет, я вообще не могу настраивать спортсменов на какую-то конкретную ситуацию. Это значило бы вводить их в заблуждение, а тренер не должен так поступать, сколько бы лет ни было его подопечным. Поэтому я честно им говорю: никакой информацией в отношении соревнований мы не располагаем.

Турнир четырёх континентов уже отменён официально, и мы не знаем, какие действия предпринимает Международный союз конькобежцев для того, чтобы, скажем, сохранить в календаре чемпионат Европы. Поэтому просто продолжаем спокойно тренироваться. Если континентальное первенство состоится, мы будем готовы к этому. Если его отменят, продолжим работать по существующим на этот случай планам. Никто не волнуется.

Задачи усложнить техническую сторону программ в текущих пока нет. Наша жизнь расписана вплоть до чемпионата России, поэтому до конца декабря мы ничего не собираемся менять.

Если дальше соревнований не будет, значит, начнём учить новые элементы и усложнять программы. Не на месте же нам сидеть», — сказала Тамара Москвина.