Домой Новости Сергей Росляков: хороший тренер — это не специалист узкого профиля

Сергей Росляков: хороший тренер — это не специалист узкого профиля

71
0

Тренер Сергей Росляков рассказал о работе с парой Дарья Павлюченко/Денис Ходыкин, о сотрудничестве с Даниилом Глейхенгаузом и Бетиной Поповой, о том, как пришел в фигурное катание и что значит быть хорошим тренером, а также о судействе в фигурном катании.

«Как образовалась пара Дарья Павлюченко/Денис Ходыкин? Все просто: как-то я ехал в метро, увидел Дашу, подошел к ней и спросил, не хочет ли она заняться парным фигурным катанием? Шутка. На самом деле, когда наш Денис остался без партнерши, он продолжил тренироваться и верил в продолжение карьеры. Я ходил по каткам и просил разных тренеров помочь найти фигуристку для очень хорошего парника. Тренер Анастасия Казакова (работает в «Самбо-70», отделение «Конек Чайковской») дала контакты Даши и ее мамы. Сказала: «Девочка закончила со спортом полгода назад, но она очень талантлива, попробуй пообщаться!». Я позвонил, пригласил на просмотр. Она, кстати, сразу показала целеустремленность — спросила, что надо сделать, чтобы остаться в группе. Так образовался дуэт с Денисом, а дальнейшая их история всем известна.

Нас с Сергеем Владимировичем Доброскоковым абсолютно не пугало, что Даша к тому моменту долго не тренировалась. Мы умеем хорошо научить одиночников парному мастерству, синхронности. Зная алгоритм работы, когда все поставлено на поток, можно добиться высокого результата в максимально короткие сроки. Таких примеров у нас много. Даша с Денисом встали в пару в середине мая 2016 года, а уже в сентябре выступали на этапах Кубка России.

Даша с Денисом очень яркая пара, еще до конца не раскрытая. Мы постоянно ищем новые стили и вместе занимаемся настоящим творчеством — с большой буквы Т. К примеру, здесь надо набрать скорость, чтобы сделать такой-то элемент. Я предлагаю ребятам три разных способа и всегда спрашиваю, есть ли у них свои мысли. Они обязательно придумают еще парочку вариантов. Затем мы пробуем все эти 5-6 способов, отсматриваем каждый и выбираем лучший. Так по каждой связке, дорожке и т.д.

Короткая программа ребят в этом сезоне — некий шарж на танцы на льду. Хотелось показать этот вид с точки зрения парников и подчеркнуть какие-то нюансы. Произвольная — нечто философское, размышление о жизни. По сюжету, Денис сообщает Дарье, что он неизлечимо болен и осталось ему немного. Даша успокаивает его в течение всего танца, дарит веру в то, что он поправится и все будет хорошо. На фоне общемировых событий за последний год мы очень хотели показать зрителю: несмотря на сложности со здоровьем, в этом мире есть свет, всегда важно надеяться на лучшее будущее.

Что касается показательного номера, то Бетина Попова предложила эту идею еще до карантина, когда коронавирус только набирал обороты. Вернувшись к работе, мы поняли, что тема более чем актуальна — «не в бровь, а в глаз». Точно надо ставить!

Несколько лет назад две программы нам ставил Даниил Глейхенгауз, за что мы очень благодарны. С короткой на фильм «Облачный атлас» Даша с Денисом в дебютный сезон стали чемпионами России и чемпионами мира среди юниоров 2018 года. В этом году, увы, не получилось совместно поработать из-за плотного графика Даниила. Летом после карантина наши группы тренировались вместе на базе в Новогорске. У Даниила очень много своих учеников, и каждому надо было ставить программы в кратчайшие сроки, чтобы ребята успели их накатать к соревнованиям. Поэтому отбирать у Этери Георгиевны Тутберидзе такого специалиста — пусть даже и на несколько часов — в той сложной ситуации было бы с нашей стороны некорректно и некрасиво. А в будущем — как знать.

Я сам начал заниматься спортом довольно поздно — в шесть лет. Сначала был одиночником, но из-за высокого роста не мог угнаться за соперниками. В 14 лет перешел в парное (тренировался у Сергея Владимировича Доброскокова). Еще через пару лет, когда оброс мясом, стал участвовать в Кубках России, первенствах и чемпионатах. Также выступал на Универсиаде и международных челленджерах, где часто был призером. На чемпионате России занимал 5-7 места, а в 18 лет стал мастером спорта. Карьеру завершил из-за травмы плеча. Вопроса о том, становиться ли мне тренером или нет, не стояло. Во-первых, мне нравилась атмосфера спорта, в какой-то другой я себя не видел. Во-вторых, заканчивал я в зрелом (для фигуриста) возрасте, к тому времени накопил много знаний и опыта. Понимал, что все должно получиться.

Хороший тренер — это не специалист узкого профиля. Он в первую очередь — менеджер, широко смотрящий на все аспекты работы. Педагогика, воспитание, дрессура, психология… это лишь часть из большого комплекса тренерских задач. Поэтому я не выделяю в своей работе отдельное амплуа: и техникой занимаюсь, и идеи программ придумываю, и музыку компоную, и сами программы ставлю.

Всегда можно усложнять прыжковую составляющую: переходить на более дорогие каскады 3-3 и сольные прыжки. Также улучшать скольжение и связующие элементы. Тамара Николаевна Москвина когда-то сказала, что мечтает, чтобы парники катались как танцоры, при этом качественно выполняя парные элементы. Я придерживаюсь той же позиции и учу своих фигуристов в соответствии с ней. Еще с нашей группой работают прекрасные акробаты Юрий Тюкин и Юрий Володченков, которые очень помогают с нестандартными поддержками и акробатической составляющей наших программ.

Нам раньше помогала хореограф Кристина Степанова. Она бывшая танцорша, учила ребят качественному скольжению. Да, Кристина не участвовала в тренировках постоянно, но привносила много хорошего. В этом году у нас не получилось плотного контакта из-за пандемии: после карантина мы работали на закрытой базе, пришлось ставить программы своими силами. А сейчас с ребятами здорово работает Бетина Попова: она видит парное катание с другой стороны — более танцевально, и это здорово. Уже после сборов мы вместе дорабатывали программы Даши и Дениса. По их выступлениям, думаю, видно, что программы эволюционируют, отличаются от первоначального варианта. В целом благодаря Бетине ребята стали выглядеть более эффектно и очень прибавили именно в хореографическом компоненте.

Еще из нашей группы могу отметить перспективные пары Хабибуллина-Княжук, Черемных-Бутенко, Садовская-Венедиктов, Трубачева-Смирнов и Кулагина-Белкин. Сейчас все эти пары примерно на одном уровне, некоторые только выходят в юниоры по возрасту. Кто из них выстрелит в будущем — покажет время. Кстати, Наташа Хабибуллина и Илья Княжук недавно заняли восьмое место на первенстве России.

На нашу группу выделено определенное время льда, и мы делим его на две части. Сначала катаются Даша с Денисом и иногда одна-две юниорские пары, которым в ближайшее время предстоит турнир. То есть максимально три пары на льду, хотя это тоже редко. Далее тренируются все наши «малыши», как мы их ласково называем.

Самая памятная медаль учеников на данный момент? Бронза чемпионата Европы Дарьи и Дениса. Год назад мы реализовали почти все, что планировали, и всей командой были счастливы.

После какого достижения учеников смогу назвать себя великим тренером? Здесь не буду оригинален — олимпийское золото.

Я являюсь техническим специалистом одиночного и парного катания международного уровня. Судейский опыт помогает увидеть наш спорт — в том числе работу тренера — с иного ракурса. Сужу на региональных и общероссийских первенствах, этапах и финалах Кубка России. Единственное ограничение: согласно Кодексу этики судей не имею право судить турниры, в которых участвуют мои ученики.

Судьи оценивают всю программу как вкупе, так и разбирая отдельно по компонентам. Все критерии прописаны: сложность переходов, мастерство скольжения, интерпретация музыки, хореография. Можно сказать, за каждое движение фигуриста — улыбку, взгляд, ускорение — ставится или не ставится какая-то маленькая надбавка.

Когда показан элемент новый, интересный, и он исполнен четко в соответствии с музыкальным акцентом, это идет в плюс к общему впечатлению от программы. Соответственно, и баллов добавляет. А вот чтобы элемент попал в таблицу стоимости, нужен прецедент, и желательно не один. То есть кто-то исполняет на крупных соревнованиях новый элемент, Технический комитет Международного союза конькобежцев выносит этот элемент на рассмотрение. Вносить ли его в общую таблицу? Как назвать? Сколько он стоит и какие имеет уровни сложности? Либо это может быть не отдельный элемент, а новый вариант существующего элемента — просто сделан на его базе. Все технические специалисты обсуждают и принимают решение исходя из современных правил. В свое время поддержку пятой группы «Backward Lift» пришлось вносить в таблицу стоимости элементов в разгар сезона, в декабре. Дело в том, что ее исполнили пары Волосожар-Траньков и Савченко-Шолковы на этапах серии Гран-При. Поддержка не соответствовала определению существовавшей тогда поддержке пятой группы «Reverse Lift», но топовые фигуристы ее показали, и надо было срочно решать вопрос.

Учитывают ли судьи состояние фигуриста на официальных тренировках? Все судьи внимательно смотрят тренировки: что у спортсмена получается лучше, где проблемы. К моменту начала соревнований у них уже есть мнение о технической и компонентной составляющих. Напрямую оно не влияет на оценку. Ведь можно идеально провести тренировку, а на прокате не оправдать ожидания. Или, наоборот, удивить идеальным прокатом программы на соревновании после неудачной тренировки. Баллы судьи ставят по факту самого выступления, но качество исполнения элементов и прокатов на тренировке эмоционально, конечно, влияет на общее впечатление.

Также я судил спортивный балет на льду. Хотелось бы начать с его определения: он включает в себя элементы всех пяти видов фигурного катания, и они соединены между собой единым хореографическим замыслом. Сама дисциплина молодая — ей всего лет 40. На Западе спортивный балет популярнее, но он слишком субъективен: больше оценивается не сложность элементов, а степень воздействия на зрителей и судей. Постановки — по правилам театральности: сюжетная линия, завязка, развитие, кульминация, финал. Так и должно быть в одиночном и парном катании, но спортсмены и тренеры порой об этом забывают. А ведь каждая программа должна быть мини-спектаклем. С этой позиции балет на льду может помочь, как и другие виды искусства. Ведь фигурное катание — интегрированный (объединенный с чем-то, обладающим внутренним единством) вид, где спорт и искусство сплетены единой нитью. Важно не только хорошо кататься, но и суметь затронуть душу», — сказал Сергей Росляков.