Домой Новости Диана Мухаметзянова и ее тренер Владислав Жовнирский о сложностях и поиске взаимопонимания...

Диана Мухаметзянова и ее тренер Владислав Жовнирский о сложностях и поиске взаимопонимания в паре

100
0

Российская фигуристка Диана Мухаметзянова, выступающая в парном катании с Ильей Мироновым, рассказала о сложностях, с которыми столкнулась при переходе в парное катание, исполнении элементов и любимых предметах в школе, а её тренер Владислав Жовнирский об изменениях в характере и физиологии Дианы с возрастом, поиске взаимопонимания в паре и балансе в программах.

«С 21 марта у нас начались каникулы. Я уехала с семьёй в Казань. Отдыхала у себя дома. Гуляли в лесу с братьями и сёстрами. Так много времени в Казани я не проводила уже три года. Было очень здорово отдохнуть в кругу семьи. Потом у нас начались онлайн тренировки. Каждый день по три занятия! Так что не прохлаждались.

В мае мы возобновили парные тренировки на земле с моим партнёром Ильей. Мы очень плодотворно работали последние месяцы, пусть даже без тренировок на льду. Поэтому уверена, что на подготовку к новому сезону данная ситуация сильно не повлияет. Следующий сезон очень важный для нас с Ильей, и мы ответственно к нему готовимся. Главное, что все здоровы и потихоньку всё встаёт на свои места.

Начала заниматься фигурным катанием в Казани в три года. Родители меня отдали в секцию тренироваться для здоровья. А вот через два года папа уже перевёл меня в более серьёзную школу, к Резеде Ильдаровне Сибгатуллиной (РСДЮШОР по фигурному катанию, дворец спорта на ул. Московской). У неё я каталась почти до 14 лет.

Потом у меня была тяжёлая травма ноги, после которой было трудно возвращаться, нужны были перемены. Вариантов было два – поехать к Алексею Николаевичу Мишину, чтобы продолжить карьеру в одиночном катании, либо же пойти в парное. До этого мне часто тренеры говорили, что у меня получится в парном. Рост небольшой, комплекция правильная, при этом я достаточно хорошо прыгала. Посоветовалась с мамой, решила поехать на просмотр к Нине Мозер, хотя бы просто попробовать. А дальше уже затянулось…

На момент я владела всеми тройными. У меня и сейчас хорошо идут все тройные, каскады три-три периодически получаются. Мы думаем над тем, чтобы добавить каскад три+три с Ильёй в программу. Очень хочется стабильно делать каскад лутц+ойлер+сальхов. Это сложный и дорогой каскад, который не все в одиночном катании исполняют. В парном он станет отличным преимуществом.

Ультра-си? Когда я переходила в парное об ультра-си практически не говорили, поэтому я и не задумывалась. Хотя, если бы тогда я работала над четверным, потенциал его исполнить был бы.

Когда встал вопрос о переезде, мы обсуждали с мамой различные варианты со многими специалистами. И большинство говорили нам, что парное катание – лучший выбор. К тому же, я сама стала смотреть записи соревнований и загорелась идеей перейти в пары. И мне до сих пор парное катание больше нравится, чем одиночное. Поддержки, подкрутки дают больше разнообразия в программе, чем просто прыжки.

Катание каких пар мотивировало на переход? Я много смотрела на выступления Татьяны Волосожар и Максима Транькова, Ксении Столбовой и Фёдора Климова с Олимпиады в Сочи. Наверное, они.

Когда встал вопрос о переходе в пары, вариант с Ниной Михайловной был приоритетным. Всё-таки у неё такая обширная история успеха, и её справедливо называют лучшим тренером для парного катания.

В первый раз я приехала на просмотр в группу к Андрею Григорьевичу Хекало (сейчас не работает с Мозер, переехал в Австралию). Приехала всего на пару дней, но на одной тренировке он сказал, что я ему сразу понравилась и осталось только решить вопрос с партнёром. И тут как раз в группу пришёл Илья, нас решили поставить вместе. Вроде бы, начало получаться. Потом на нас уже как на пару смотрела Нина Михайловна. После тренировки она сказала, что нас с Ильёй берут.

Не скажу, что очень сложно было учить парные элементы. Скорее, интересно. Страшно ли заходить на выброс? Нет, всё хорошо. И пока, тьфу-тьфу, серьёзных травм не было. Страх только мешает работе. Поэтому если мне страшно, то я просто не пойду на выброс. Иногда такое бывало. Я отказывалась исполнять элемент, даже тренер помню обиделся. Но лучше я соберусь с мыслями и буду делать сложные элементы с полной концентрацией. Пока что точно не готова исполнять четверную подкрутку или выброс. Но в будущем – может быть. Пока это нам не нужно.

Получилось так, что мы с Ильей приехали на просмотр с разницей в пару дней. Поэтому Андрей Григорьевич решил поставить нас в пару, а затем отметил, что мы хорошо друг другу подходим. Два одиночника, которые с нуля учат основы парного катания – это проще, чем когда к парнице ставят одиночника и наоборот.

Были сложности во взаимопонимании, да и сейчас они случаются. Всё-таки раньше всё зависело только от нас, а здесь нужно работать в паре, на команду. Нужно было время, чтобы переосмыслить подход к тренировкам.

Кто в паре лидер? Думаю, я. Илья меня слушается, а вот я – не всегда.

Мы чисто партнёры, даже друзьями нас не назвать. Может, приятели. По крайней мере, мы ни разу никуда вместе не ходили.

Нормально общаюсь с другими фигуристами на катке у Мозер. Я понимала, что встречу многих известных спортсменов, но звёздной болезни ни у кого нет, хорошо ладим друг с другом, хотя разговариваем вне тренировок немного.

После того, как Евгения Тарасова стала тренироваться в США, я её практически не вижу. А раньше – было дело. Помню как-то очень сильно упала с выброса, и она меня поддержала. Но на отвлечённые от спорта темы не общались, у нас и раздевалки разные. Помню, как смотрела по телевизору Олимпиаду в Пхёнчхане и очень расстроилась за Женю с Володей (Тарасова и Морозов занимали второе место после короткой программы, но ошиблись в произвольной и остались без медали). При этом была рада за Алёну Савченко. Потрясающий прокат произвольной программы – до сих пор иногда его пересматриваю. Не скажу, что Алена — мой кумир. Отчасти я ей восхищаюсь, упорству и целеустремлённости у неё точно стоит поучиться. Но я точно не хочу оставаться в спорте так долго, как она. Хочется заниматься чем-то ещё. Есть идея открыть свой бизнес, например, развивать кафе. У нас с папой уже есть намётки, так что как подрасту буду развиваться и в этом направлении.

С кем из тренерского штаба мы сейчас непосредственно работаем? Со всеми понемногу. Арина Андреевна (Ушакова)  больше отвечает за скольжение и чёткость элементов. С ней как с девушкой мне проще и понятнее работать. Филипп Александрович (Тарасов) отвечает за выбросы и прыжки, Владислав Владимирович (Жовнирский) работает над парными элементами – выбросами, поддержками. Нина Михайловна чаще всего даёт нам советы после соревнований, на контрольных прокатах. У нас каждую неделю на катке есть внутренние контрольные прокаты, когда приходит Нина Михайловна, внимательно смотрит на готовность всех ребят, проделанную работу и вносит коррективы.

Какая награда прошедшего сезоня была значительнее? Конечно же, «серебро» финала Гран-при. Всё-таки юношеские Олимпийские игры – это очень странные соревнования. К тому же мы откатали там неважно, хотя и взяли медаль. Но этот турнир стал хорошим опытом, что надо серьёзно готовиться. Мне кажется, никто не помнит и не придаёт значение пока юниорским Играм. Возможно, в будущем их статус поменяется. Самое странное – это командные соревнования. Понимали, что выиграет, скорее всего, Россия и вместо разделения по странам провели жеребьёвку и смешали участников из разных сборных. Хотели сделать так, чтобы у всех ребят были равные шансы, но в результате равных шансов там точно ни у кого не было. А вот финал Гран-при и статусный турнир, и выступление у нас с Ильёй получилось отличным. Прокаты не без ошибок, но близко к идеалу. В целом сезон получился неплохой, за исключением его концовки. Всё-таки могли выступить лучше на первенстве России и поехать на ЮЧМ. Не смогли собраться (пара ошиблась в произвольной программе и заняла четвёртое место).

В финале Гран-при я очень хотела сфоткаться с Юдзуру Ханю и Нейтаном Ченом. С Юдзуру сфотографировалась, а вот про Чена забыла. Пообщаться практически ни с кем не удалось – у меня очень слабый английский. Только со своими ребятами гуляли.

Продолжать выступать за Татарстан — это было пожелание Нины Михайловны. Она пообщалась с моей мамой, обсудили разные варианты и решили, что выступать за Татарстан будет удобнее и правильнее. А партнёр выступает за Москву.

Я ничего не слышала об этом проекте (начале строительства нового центра фигурного катания в Казани). Дело не в самом катке, хорошо, что его строят, но прежде всего нужно пригласить хороших специалистов. Едут в другой город не ради катка, а ради тренера. В Казани есть хорошие тренеры, но их очень мало. Было бы хорошо, если в фигурном катании будет много регионов. Сейчас одна Москва, немного Питер, в парном катании – Пермь. Надеюсь, Казань тоже войдёт в этот список в ближайшее время.

Спортивные мечты? Базовая задача – кататься чисто на каждом старте и стараться постепенно улучшать собственный результат. Звучит банально, но это так и есть. Мечта – выиграть Олимпийские игры, но это пока ещё в далёком будущем. Сейчас большие планы на следующий юниорский сезон, в котором мы должны выступать уверенно и победно. Потом выйти во взрослые и постепенно набирать ход. Всё зависит от результата, насколько будем готовы. Просто переходить во взрослые ради самого факта – смысла нет никакого. Зачем, чтобы в подвале турнирной таблицы оказаться?

С кем живу в Москве? У нас переехала вся семья – мама со мной, две сестры, брат. Только папа живёт на два города и часто ездит в Казань. Младшая сестрёнка занималась фигурным катанием, старшая сестра. Брат ходит на плавание и футбол.

Родители ездят со мной на соревнования очень редко. Всё-таки я в команде, не одна, опекать меня не нужно. Да и наверняка у них есть дела поважнее. Но родители всё равно принимают большое участие в моей карьере. Мама морально готовит меня, настраивает, переживает. Папа финансово обеспечивает, а иногда может и пинок под зад дать. Чтобы не расслаблялась (смеётся).

В Казани бываю разве что на праздники, не очень часто. Куда хочется сходить? Разве что во дворец спорта, посмотреть, как живёт моя группа. Правда, сейчас я уже никого там не знаю. Там столько маленьких детей, что я смотрю на них и не понимаю – где я? С кем я занималась – почти все ушли на другие катки, переехали или завершили карьеру. По центру города могу ещё пройтись. Понравился каток на Чёрном озере. Я сама не каталась – брата отвела.

На татарском знаю определённые слова, понимаю смысл. Но формулировать предложения тяжело. В семье папа хорошо разговаривает, родственники по папиной линии почти все знают. По маминой – бабушка русская, а дедушка татарин. Маму воспитывали больше в русскоязычной среде.

Татарская кухня на семейном столе не очень частый гость, но периодически готовим. Опять же на праздники. Сама стараюсь учиться готовить, особенно нравится делать губадию. Жаль, что до меня редко доходит очередь и времени не хватает. Очень вкусно готовила дуаника (бабушка – тат.) по папиной линии, она делала потрясающую татарскую выпечку. Очень жаль, что она не успела научить меня своим рецептам. Теперь ищу в интернете. Любимых блюд много. Может, прозвучит смешно, но больше всего я люблю сметанник из «Бахетле». Он очень вкусный, особенно когда попадается недавно приготовленный. Люблю, конечно, чак-чак и талкыш калеве, но нам же нельзя. Поэтому практически и не кушаю. Зато тренерам привожу, они часто просят. Говорят, в Казани вкуснее, в Москве так татарские сладости готовить не умеют. Арина Андреевна очень любит талкыш калеве. Чак-чак тоже обязательно беру с собой из Казани.

Я закончила первый курс колледжа культуры и спорта, очно-заочное отделение. У нас вебинары, дистанционное обучение. Самостоятельно изучаю курс, смотрю видеолекции и потом сдаю экзамены. Не очень люблю физику, химию – это не моё. Нравится математика, русский язык. Когда ещё училась в школе Илья периодически мне подсказывал (Миронов учится в МГУ на физико-математическом факультете). Сейчас стараюсь сама, либо обращаюсь за помощью к преподавателям. Но он действительно очень умный, это чувствуется при общении.

Мне нравится путешествовать и хорошо, что спорт даёт мне эту возможность. Нравится рисовать и, повторюсь, люблю готовить. Если серьёзно возьмусь, то получается вкусно практически любое блюдо. Фирменного блюда у меня нет, но больше всего нравится готовить торты, творожную запеканку. Выпечку люблю готовить. Думаю, в своём кафе часть блюд буду точно готовить сама. И татарская кулинария будет там тоже», — сказала Мухаметзянова.

«Диана и Илья очень прибавили за прошлый сезон, поэтому только комплиментарные оценки. Раньше были действительно большие проблемы с поддержками, подкрутками, но за прошлый год мы провели масштабную работу и сейчас пара выглядит уверенной, собранной. Раньше не хватало, порой, базовых знаний по исполнению парных элементов, за прошлый сезон мы эти пробелы восполнили.

На мой взгляд сейчас ребята двигаются на льду синхронно, хорошо чувствуют друг друга. Ребята достаточно скатаны, уже сейчас готовы конкурировать и на взрослом уровне. Возможно, вокруг Дианы и Ильи сложился некий стереотип, что они выступают как два одиночника, а не как пара. Но это не так. Если ребята в состоянии исполнять сложные прыжки из одиночного катания, это не значит, что у них обязательно должны быть проблемы с парными элементами.

Их ставил в пару другой тренер — Андрей Хекало. Насколько я понял, ребята действительно с самого начала показывали хорошее взаимопонимание, поэтому их и поставили в пару. Но, естественно, были сложности, трудности. Не всё просто было в работе, отнюдь. Между ребятами одно время были довольно напряжённые отношения. Споры, борьба за лидерство. У них большие амбиции, сложные характеры, поэтому не всегда получается нам их унять.

Диана пытается быть лидером в паре, скорее, подсознательно. Она лидер в плане характера, целеустремлённости, по эмоциям. Но Илья лидер по поступкам, прокатам. У него уже есть мужская уверенность, чувствуется разница в возрасте. Илья тянет программу часто на себе, выкладывается на 100 процентов. Диана это чувствует и старается не отставать, подстёгивает партнёра. У них есть некое разделение привилегий в паре: и Диана, и Илья проявляют лидерские качества и уравновешивают друг друга. И это очень хороший знак, значит ребята удачно сочетаются.

Общий язык нашли практически сразу. Всё-таки она пришла ещё совсем ребёнком, поэтому слушала всё, что ей говорят. Сейчас она растёт, и работать бывает сложнее. Появился характер, он бойкий, спортивный, но всё равно приходится справляться с ним, находить нужные слова. С каждым годом характер становится твёрже, появилось своё мнение.

Теперь ей нельзя просто приказать делать элемент – и она пошла делать. Надо объяснить, зачем ей нужно делать это упражнение, для чего. Взрослеет, умнеет, соответственно, и мы меняем подход в работе. Илья уже и вовсе в университет поступил, поэтому с ними больше нельзя как с детьми. Работаем с ними как со взрослыми, это повышает уровень ответственности ребят, понимания важности работы.

Преимущества пары — скорость, мощь в катании. Это ключевые требования для фигуристов и Диана с Ильёй им соответствуют. Ребята хорошо подходят друг другу и физиологически, по комплекции. Правда девочка сейчас в непростом возрасте, наступает пубертат. С ним необходимо справиться, через него проходит каждая фигуристка.

Насколько сильно пубертат влияет на выступления Дианы? Прямым образом. Большое количество срывов в прошлом сезоне – это как раз результат изменений с телом. Вес скачет, и когда вес нестабилен, сложно достичь координации, теряется ритм прыжков, нужная амплитуда. Диане сложно справиться с самой собой, страдают прыжки. В парных же элементах они не так хорошо чувствуют друг друга, чем прежде. Илье сложно, он привык к одному весу Дианы, а сейчас он меняется. Но это пройдёт, нужно только подождать. Можно придерживаться строгой диеты, контролировать питание. Но здесь нельзя переборщить, калории спортсмену в любом случае необходимы, нужны силы для исполнения сложных элементов, тренировок. Вес набирается скорее не от питания, можно даже не есть практически, а всё равно вес будет. Вода из организма не выводится, ухудшается метаболизм. Можно выпить стакан воды, и он добавит 100 — 200 граммов. Пробовали массаж, специальные физические упражнения, Диана тоже старается как может. Но убежать от пубертата невозможно, только пережить с минимальными потерями.

Усложнять свой прыжковый контент, конечно, возможно, просто не прямо сейчас. В принципе, ребята уже давно владеют сложными каскадами, тот же флип+ойлер+сальхов делали. Когда они к нам попали, у ребят были большие проблемы с парными элементами. Поддержки, подкрутки, выбросы – очень много сил и времени ушло на то, чтобы привести их в конкурентоспособный вид. Сделав акцент на парную работу, немного потеряли в прыжковой части. Потому что сложные каскады требуют постоянных тренировок. Если не нарабатывать элемент, то навык уходит. Постепенно будем его возвращать, но форсировать процесс не стоит. Самое главное в работе с парой – соблюсти баланс в работе с парными элементами и прыжками. У кого лучше всех получается такого баланса достичь, тот и побеждает. Сейчас ребята не показывают свой максимум, но это и не нужно. В юниорах можно блистать, быть звёздами, но часто это ничего не значит и во взрослом спорте никто о паре не вспоминает. Далеко не из всех школ выходят взрослые пары, в подготовке делают сильный упор на победы здесь и сейчас, не думая о перспективах. Мы же стараемся прописывать стратегии, думать о будущем.

Если Диана справится со своей физиологией, на которую мы не можем повлиять, то эта пара может, на мой взгляд, пойти дальше и выше Жени Тарасовой с Вовой Морозовым. Потенциал у них гораздо больше. Как прыжковый, так и по катанию. Это дети нового поколения, которое выросло на требованиях к катанию, переходах от ИСУ. Они учились по этим требованиям с детства, поэтому у них катание лучше, чем у наших взрослых ребят.

Что важно, в группе — здоровая конкуренция. У нас есть ещё несколько сильных пар, и Диана с Ильёй видят, как они работают, чего могут достичь. Это подстёгивает работать ещё сильнее. Появляется целеустремлённость, нацеленность на результат», — сказал Жовнирский.